Содержание
История, вдохновившая советский фильм «Неуловимые мстители», родилась на Воронежской земле, несмотря на то, что действие повести Павла Бляхина «Красные дьяволята» происходит в Екатеринославе. Сам писатель утверждал, что сюжет зародился в его голове в поезде, пробиравшемся через охваченную войной Воронежскую губернию.
Тайна Бобровского ревкома
В 1919 году уездный город Бобров Воронежской губернии шесть раз переходил из рук в руки во время Гражданской войны. Каждый раз, когда в Бобров входили части Белой Добровольческой армии, на заборах появлялись листовки некоего «Бобровского ревкома». Ревком грозил смертной казнью всем, кто сотрудничал с белыми, и, надо сказать, свои угрозы выполнял. Неуловимые революционеры убивали членов уездной управы прямо под носом у деникинцев.
Военная контрразведка белых не могла вычислить или поймать никого из ревкома, полагая, что у них есть агенты даже в штабе. Таинственный ревком добился своего: бобровцы стали бояться открыто поддерживать белых.
Раскрытие личностей
Личности «Бобровского ревкома» были раскрыты только после окончательного разгрома армии Деникина. Председателем «революционного комитета» оказался 17-летний Николай Евгеньевич Алексеевский, вчерашний гимназист. Он был сыном местного предводителя дворянства и инспектора народных училищ. Его именем названа улица Алексеевского в Боброве.
Уже до революции у Коленьки Алексеевского были неприятности из-за рукописного журнала с революционными стишками. После Февральской революции 1917 года Николай Алексеевский стал редактором «Известий Бобровского Совета рабоче-крестьянских и солдатских депутатов», вероятно, как единственный образованный «пострадавший» при царизме в уезде. Основу Бобровского Совета составили служащие местного земства, рабочие маслобойного завода и солдаты 186-го запасного пехотного полка, квартировавшего в Боброве.
В 1918 году, когда в Боброве был создан Уездный Исполнительный Комитет большевиков, Алексеевский перешел на службу в земский Совет, который им противостоял. Как выяснилось позже, он был двойным агентом, снабжавшим большевиков секретными сведениями.
Другим членом «ревкома» был его одноклассник Константин Авдеев, а связь с Красной армией обеспечивал их старший товарищ Бахарев, которому было 23 года.
Карьера чекиста
После победы красных Николай Алексеевский был назначен начальником уездной ВЧК (Всероссийская Чрезвычайная Комиссия по борьбе по борьбе с контрреволюцией и саботажем) в Боброве. Молодой чекист активно участвовал в «красном терроре», расстреливая своих земляков. Его фанатичная преданность идее террора была замечена главным воронежским коммунистом Лазарем Кагановичем, который поручил Алексеевскому ликвидацию «колесниковского мятежа» — крестьянской войны против большевиков в южных районах Воронежской губернии.
В штаб по подавлению восстания вошли и другие «неуловимые»: Константин Авдеев (член губисполкома, курировавший красный террор), Бахарев (комендант губЧК), комиссар штаба ЧОН (частей особого назначения) Бабкин (25 лет) и военный комиссар губернии Фёдор Мордовцев (28 лет).
Гибель «неуловимых» чекистов
Вскоре после начала операции по ликвидации, в начале декабря 1920 года, Алексеевский и его товарищи спешили на станцию Кантемировка, чтобы на бронепоезде отправиться в Воронеж и доложить о ликвидации бандитизма. Однако они были внезапно захвачены отрядом самого Ивана Колесникова.
Судьба бывших «неуловимых» чекистов оказалась трагичной. Бахарев и Бабкин были зарублены шашками во дворе. Остальные, запершись в доме, отстреливались. Коленька Алексеевский последнюю пулю пустил себе в лоб, а Авдеев и Мордовцев были схвачены и изрублены. Их останки были доставлены на станцию Кантемировка, где находился писатель Павел Бляхин, запечатлевший этот эпизод как рождение сюжета.
